Баба Катрин (30.12.2016)

(очерк)

 

Владимир Кайков

 

Екатерина Егоровна Вагнер еще два года назад была жива. Тогда ей было 94 года, и она являлась одной из старейших жительниц села Побочино. Большинство ее односельчан и в глаза, и за глаза звали ее попросту - баба Катрин.

Екатерина Егоровна прожила непростую жизнь, как, впрочем, и все коренные немцы Побочино.

Родилась долгожительница в 1910 году, спустя 4 года после переселения первопроходцев из одноименного села Саратовской губернии сюда, в сибирскую глубинку. По-русски Катрин общалась с большим трудом, хотя почти всё, что ей говорили, понимала. Но поскольку плохо слышала, предпочитала разговаривать на побочинском диалекте немецкого языка.

Овдовев лет пятнадцать назад, Катрин жила одна, хотя ее племянник с женой не раз предлагали ей переехать к ним в дом, в котором была и ванна, и электрическое отопление. Однако Екатерина Егоровна была независимым человеком, до последнего дня чувствовала себя бодрой. Ее часто можно было видеть ковыляющей с посохом по той или иной улице.

- Катрин снова пошла по гостям, - удивленно отмечали, завидев спешащую старушку, односельчане. И это удивление было оправданным. По дому Катрин убиралась, несмотря на возраст, хотя генеральную уборку регулярно делали племянник с женой. А дрова распиливали школьники из шефствующего класса. Но так было не всегда. Последнее время ее племянник для этого дела нанимал работников, так как дети не понимали, о чем просила их бабушка Катрин. Она же от этого злилась и кричала.

Даже в магазин, где она брала только хлеб и сахар, пенсионерка ходила сама. Объяснялась с продавцами Екатерина Егоровна жестами, так как ее произношение не понимали даже немцы, которых, увы, в селе остались единицы. Дело в том, что долгожительница почти не имела зубов и по этой причине искажала многие звуки.

Приходя к родственникам или знакомым, она чаевничала и рассказывала о своей жизни. Особенно, как это бывает у пожилых людей, любила вспоминать о детских и отроческих годах. И тогда на ее глазах невольно наворачивались слезы.

Поскольку мы с женой были ее соседями, она частенько заглядывала к нам на чашку чая.

В один из таких вечеров воспоминаний Екатерина Егоровна поведала нам о семье Киндесфатер. Собственно, мы о ней были наслышаны от Николая Антоновича Дубеля. Но рассказ Катрин был больше навеян личными впечатлениями о хозяйке дома Анне-Елизавете Киндесфатер. Однако сначала несколько слов о ее муже – Петре Петровиче Киндесфатере.

Об этом человеке среди старожилов села ходили легенды. Петр Петрович слыл самым богатым среди всех собственников земли села Побочино. Именно он летом 1905 года стал инициатором переселения с Волги в Сибирь и позднее, в 1906 году, в числе 15 семей оказался на территории нынешнего Побочино. По его же предложению и село назвали так же, как в Саратовской губернии (Побочное). Позднее это название трансформировалось в Побочино. Причем, Киндесфатерам можно было не переезжать в Сибирь, поскольку у них и там было все, что необходимо для безбедного существования. Но здесь, на новом месте, первопроходцы расширили свое дело. У них было не просто много земли и скота. Киндесфатеры владели мельницами, маслобойней, пасекой, мастерскими, магазинами, передовым сельхозинвентарем, фруктовым садом. Первые переселенцы (со слов матери Н.А. Дубеля – Юстины Филлиповны Попп, которая также была в числе первопоселенцев) вспоминали о нем, как об умном, рачительном и справедливом хозяине, который очень заботился о селе и своих односельчанах.

В частности, один из его проектов перед революцией 1917 года уже начал осуществляться. Речь идет о прокладке железной дороги из Омска через Побочино на Казахстан. В Гражданскую войну и во времена коллективизации завезенные рельсы и шпалы растащили. И об этом его плане теперь напоминает лишь кусок рельса с выбитой на память об этом событии датой.

Печальна судьба этой семьи, как, впрочем, и многих рачительных крестьян. Передо мной лежит ксерокопия карточек лишенных избирательных прав из районного архива села Одесское. Под номером 54 занесена фамилия Петра Петровича Киндесфатера – старшего. Вместе с ним была лишена избирательных прав и его жена Анна-Елизавета. Хотя по настоятельному совету их сына – Петра Петровича – младшего, - инженера-путейца, проживавщего в Петербурге, к 1929 году (началу коллективизации) Киндесфатер успел распродать почти все свое хозяйство. Но на карточке лишенного избирательных прав в хозяйстве предпринимателя все же числилось 0,75 га земли и 9 голов крупного рогатого скота.

Уехав после лишения избирательных прав к родственникам в одно из сел нынешнего Шербакульского района, один из основателей села, как гласит легенда, так и умер в бедности и безвестности. По другой версии, организатор переселения с Волги в Сибирь тайно похоронен на местном кладбище в чужой могиле. К сожалению, народная молва умалчивает, что же стало с его женой и сыном. Но даже и после смерти нашего героя его имущество долго еще приносило пользу людям. Так, в его конфискованном доме вплоть до 1945 года размещалась школа для детей односельчан основателя села Побочино Петра Петровича Киндесфатера.

А теперь вернемся к его жене – Анне-Елизавете, о которой с дрожью в голосе рассказывала Екатерина Егоровна Вагнер.

По словам старожила, Анна-Елизавета в летние месяцы за свой счет содержала воскресную школу для детей и подростков села, еще не прошедших конфирмацию. (Это обряд, посвященный совершеннолетию, со своим ритуалом и выдачей свидетельства о конфирмации).

Добровольная учительница знакомила детей и подростков не только с Библией, но и с основами грамоты: азбукой, письмом, естествознанием. А после таких уроков угощала своих слушателей медом, фруктами или конфетами и печеньем. Надо сказать, что для многих ребят посиделки у Анны-Елизаветы были единственной возможностью получить какие-то азы грамоты, так как школа, организованная на дому первыми учителями, не могла вместить всех детей, желающих учиться.

Село Побочино живет новыми заботами. Основная часть населения в нём теперь – мигранты из бывших среднеазиатских республик и те, кто еще знал их. Вот и Катрин оставила в нашей памяти свои воспоминания о тех, кто основал здесь, в Сибири, будущую малую Родину, хочется в это верить, для многих и многих наших потомков.

 

Примечание: Наша землячка – Виттих Эрна передала на свою малую родину такую информацию. Там она совершенно случайно повстречала внучку Петра Петровича Кидесфатера – младшего и узнала от нее семейную тайну о захоронении его отца. Оказывается, он тайно захоронен на нашем, побочинском кладбище. А чтобы большевики не надругались над его захоронением, он завещал родственникам похоронить его прах в могилу вместе с недавно умершими односельчанами. А поскольку у лютеран того времени не существовало традиции посещения мест захоронения, то никаких отметок на крестах данной могилы не было сделано. Конечно, уже давно лютеране не всегда исполняют этот запрет, но те, кто был похоронен на этом кладбище в 30-50 годы прошлого века, не оставили о себе воспоминаний по той простой причине, что те могилы уже давно разрушены, и сейчас уже невозможно найти место захоронения человека, который стал одним из основателей сибирского села.

Омск, 2006 г.

↑ 971