Адриатическая Хорватия (гл. Южная Далмация, Дубровник. Любляна, Зальцбург (31.01.2020)

 

А. Шнайдер-Стремякова

 

Южная Далмация и её столица Дубровник

 

Поездка по Хорватии была, скорее, познавательной, нежели отдыхом. Южная Далмация и её столица Дубровник были конечной целью нашего Адриатического турне. Многое я видела впервые и оттого глазела на экзотические кипарисы и туи в горах Южной Далмации - не думала, что эти красавцы, непременное украшение всех южных городов, растут в горах дико, сами собой. Теоретически я знала, что горы «дырявят» и «рубят», как дрова, – на практике видела это впервые, оттого восхищалась результатом человеческого разума – великолепными меж скал дорогами.

Старый Дубровник – одновременно и крепость, и порт, и средневековый музей под открытым небом. Его история зигзагообразна так же, как и история всех городов Адриатического побережья Хорватии. В начале первого тысячелетия на небольшом островке возникло селение Рагуза, а на материке в VIIв. возникло славянское селение Дубрава. Оба они разделялись протокой. Со временем селения срослись, а протока была осушена и превращена в общую и главную улицу Страдун.

В VII-X веках город находился под властью Византии.

В 1000г он присягнул Венеции (1205-1358) и более 150 лет находился под её властью.

С 1358г местные аристократы настояли на том, чтобы название города (по документам – Рагуза, в повседневной речи – Дубровник) было заменено на Дубровник. Получив самостоятельность, он стал называться Дубровницкой республикой (1358-1808). За 450 лет она достигла расцвета, однако после разрушительного землетрясения 1666г, унесшего более пяти тысяч жизней, город стал приходить в упадок.

С 1808-1813гг он превратился в провинцию Франции; в 1815-1918гг вошёл в состав австрийского кололевства, в 1918-1941 – королевства Югославии, в 1941-1943 – Италии, в 1945-1991 – социалистической Югославии.

В 1979г. старый город обрёл статус демилитаризованного, так как был включён в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. В городе не было ни вооружённых сил, ни военных укреплений, однако в 1991г, когда Хорватия объявила о самостоятельности, сильно пострадал от бомбардировок ЮНА. После войны его совместно с ЮНЕСКО отреставрировали на 80%, но полностью он был восстановлен лишь в 2005

Дубровник впитал тысячелетнюю историю архитектурных стилей. Этот колорит отразился на дворцах, площадях, соборах, беломраморных узких улочках. Главная улица Страдун, по-средневековому красивая, воспринимается большим домом под открытым небом. Сегодня это любимое место гуляний туристов и жителей города. В Дубровнике есть, на что посмотреть: церковь св. Власия – XVIII век, Кафедральный собор – 1667 г., Дворец Спонца – 1516 г., Княжеский дворец.

Стены старого города, двухкилометровые в периметре, были возведены в 10 столетии, но, несмотря на землетрясение 1666 г., прекрасно сохранились. С XIV века крепость превратилась в каменную, и свой первозданный вид она сохранила по сей день. В расчёте на современные орудия строились городские стены; их из века в век укрепляли и дополняли сооружениями, что отвечали последнему слову техники и архитектуры.

Панорама морской гавани, нового и старого города великолепна с высоты могучих, толстых стен. По ним решили пройтись мои дети. Я отказалась: город, море и гавань с прогулочными катерами и рыбацкими лодочками были видны и со смотровой площадки – места, откуда обычно начинают шествие по мощным стенам.

Сюда в ожидании экскурсовода поднимаются туристы; в этот день их особенно много было с Украины. К месту у стены, откуда я смотрела на море, подошла молодая пара. Он достал трубку «Тараса Бульбы», закурил, из чего стало ясно, что он из грязи выбился в князи. Зная по опыту 1968г отношение украинцев к русскому языку, попросила по-украински:

- Будь ласка, відійдіть. У мене алергія на куриво.

- Відійдіть ви, якщо я заважаю, – отреагировал он.

- Ух ты, ещё и невоспи-итанный! – повысила я голос на русском. – А ну, марш к той старой пушке в углу, а не то полицию позову!

Он оторопело взял подругу за руку и отправился к указанному месту: хамы хамство уважают. Села на скамейку и, наблюдая за голубями, начала их прикармливать. Подошла пожилая пара и заговорила меж собой по-украински. Он о чём-то её спросил, она не знала ответа, и он обратился ко мне по-английски. Я не знала английского, но поняла «city» (город) и по-русски интуативно ответила, что я не из Дубровника – из Берлина. И, как примагнитила. Им хотелось знать, кто я, откуда и давно ли в Берлине.

- Интересно, а как вы относитесь к Путину? – спросила я.

- Я только и молюсь, чтоб он поскорее умер, – живо выдал мужчина.

- Значит, не любите русских?

- С чего вы решили?

- С того, что Путин любит Россию и защищает русских.

- Он отнял у нас Крым, – вмешалась женщина.

- Во-первых, Крым у вас отнял народ самого Крыма. Во-вторых, если бы Крым отнял лично Путин, он сделал бы правильно, потому как Крым украинским стал случайно – по глупости братания политиков.

- Вот ка-ак? – удивился мужчина.

- Да, так.

Он хотел что-то возразить, но в это время экскурсовод велел всем подойти. Они попрощались («жаль, не договорили») и отправились на обзор по стенам.

Люди подходили к месту, где стояла я, делали селфи, фоторографировали море, корабли, моторные лодки, «хвостатые» следы которых напоминали «хвосты» реактивных самолётов. На красных яхтах (их было не менее 20) дружно и синхронно гребли по два человека в каждой: около километра в одну сторону сторону и столько же в другую – по-видимому, тренировались.

Из Дубровника мы выехали около пяти вечера, и в восемь припарковали к заблаговременно заказанным апартаментам. Это было старое, каменное здание у моря с высокими в пять метров потолками. Чуть выше, на горе, среди кустистых кипарисов, стояла заброшенная церквушка. От каменных стен неоштукатуренного зала и красивой старинной мебели веяло экзотикой. Мы приняли душ, на газовой плите приготовили ужин и разбрелись по своим комнатам.

 

5. По дороге домой

 

 tierenmost

Обратная дорога в Берлин была более короткой. Ухоженные, как прибранные квартиры, автобаны Евросоюза подстать разноцветным и оригинальным мостам, но каково же было моё удивление, когда указали на мосты для диких животных. Понять умом, как они действуют, я не могла. Оказалось, они очень дорогие и строят их с учётом экологии – сохраняют привычные для животных уcловия и ландшафт, по которым они легко находят мост.

Как далеко шагнула наука и как интеллектуально вырос человек – научился управлять сознанием дикой твари! Почему же интеллектуально выросший человек не может научиться исключить возможность войн?..

 

Cтолица Словении – Любляна

 

В 150км от Загреба, где проездом провели мы 1-ю половину дня, находилась столица Словении Любляна, и к ней настроили мы навигатор. Начинались предальпийские Балканы с аккуратными латками полей, среди которых было много кукурузных. По обе стороны дороги красовались зелёные, со смешанным лесом горы. Пыли никакой – чисто, аккуратно, приятно для глаз.

Едва въехали в город, не сговариваясь, переглянулись: Любляна и хорватский Загреб разительно отличались друг от друга – не в пользу последнего. «Любляна», как опытная кокетка, очаровывала с первого взгляда. В полной гармонии с названием, она привлекала архитектурой, улицами, на одной из которых прочли Ulica Beethoven – так, скорей всего, её назвали из чувства признательности к таланту композитора. Повсюду символ города – драконы: на мостах, домах, рекламных буклетах. Высотные и низкие деревянные дома, широкие и узкие улицы соседствуют так гармонично, что, казалось, город был задуман так уже в его зародыше.

Духом красоты принизано всё: дома, улицы, мосты, церкви и даже река Любляница с её зелёными берегами и цветами. Такой небольшой, но музейно красивый и аккуратный город – ну, просто райское чудо!

 Любляна

В центре, на площади, что названа в честь поэта Франце Прешерна, – веерообразный Тройной мост: центральный – широкий, два боковых – для пешеходов. Интересных мостов в Любляне много: Драконов, Сапожников; перила последнего украшают декоративные колонны в древнеримском стиле.

На улице у одного из ресторанчиков сели отобедать. Официант принёс меню, и я поинтересовалась, может ли он говорить по-русски. Он засмеялся: «Говорить – нет, только понимаю».

- Как будет по-русски «красивый город»?

Он улыбнулся: официанту положено обслуживать! Убирая посуду и вытирая стол, ответил между делом:

- Lepo mesto – Лепо место.

И вспомнилось: «Не лепо ли ны бяшет, братие, начяти старыми словесы трудных повестий о полку Игореве, Игоря Святославлича!»

- Я люблю тебя?

- Ljubim te (любим те)

- Мне понравился город?

- Všeč mi je bilo mesto (фшечь ми е било место) š – ш, č – ч.

- Мы работали?

- Sva delala, – я уловила двойственное число.

Оказалось, у словенского языка много общего с древнерусским языком: совпадала лексика, сохранилось двойственное число.

Достопримечательностей в Любляне немного: городской замок, церкви, Собор, музей, парки, зато он обаятелен и по-домашнему уютен.

Любляна, как и большинство городов Балканского полуострова, – город многонациональный. Кроме словенцев, среди которых большинство католиков, в нём проживают хорваты, сербы, венгры, албанцы, итальянцы, босняки, македонцы, черногорцы. Это люди разных конфессий: мусульмане, православные, протестанты. Статус национального языка, кроме словенского, имеют итальянский, венгерский и цыганский языки.

 

Снова Австрия

 

Мы ехали навстречу всё тем же Австрийским Альпам, но другой дорогой. Дымчатые горы сливались с небом. Угольные тучи на высоте 1300м поддерживались горными вершинами. Восхищение вызывали шумоулавливатели – локаторы, что шум дорог направляли в сторону гор.

Надвигалась ночь. Чтобы утром пораньше начать знакомство с Зальцбургом, мы недалеко от него забронировали ночлег в соседнем селе. Это был недорогой заезжий двор, трёхэтажное здание молодого симпатичного буржуа-помещика – видимо, фермера. На втором и третьем этажах находились гостиничные номера, на первом проживали хозяева и находился бар-кафе, где за стойкой продавались напитки и закуски. Вторая дверь внутреннего бара выходила в открытый бар под соломенным навесом, что был огорожен штакетником с калиткой для входа с улицы. Внутри этой площадки – цветы, столы и скамейки из дорогого дерева. Чисто, красиво, современно. Несколько мужчин, попивая из пивных кружек, громко беседовали.

Ко двору фермера подъехали мы в восемь вечера. Солнце спускалось к горизонту. Миловидная женщина торопливо поливала из ведра цветы. На заднем дворе, у кирпичных построек недалеко от реки, развозил и разравнивал крупную гальку мужчина на тракторе – прокладывал, похоже, дорогу к реке. Нас не встречали...

Я не выдержала – подошла и спросила женщину, как найти хозяина. Она взглянула огромными сине-зелёными глазами и позвала рукой тракториста. Он заглушил трактор, подошёл и на беглом английском спросил, забронировали ли мы номера. Мы ответили на немецком. Он пригласил нас в дом на немецком, принял документы и отвёл в номера.

После ужина решили прогуляться к реке. Лента крупной белой гальки шириной не менее 2-3м тянулась, действительно, к реке. Постройки на заднем дворе находились в зачаточном состоянии: в каждом боксе – беломраморные унитазы, рядом у стены – раковины с современнейшими кранами, пол – плиточный, во дворе – огромный бассейн. Видать, фермер размахнулся на оздоровительный комплекс либо общественную баню.

Прошлись по улице. В селе преобладали роскошные кирпичные дома, плиткой выложенные дворы, периметр которых украшали цветы. На задних дворах – кирпичные бани, летнее жильё, гаражи, бассейны итд – люди, по всему видать, жили-не тужили. И лишь в конце улицы диссонансом смотрелся почерневший от времени бревенчатый дом, со двора которого доносились крики детей, – не менее семи-восьми. На телеграфном столбе – гнездо аистов. Не обращая внимания на кричащих и шныряющих по двору детей и взрослых, аисты миловались-целовались. Но, как только приблизились мы, они поднялись во весь рост, насторожённо вытянули шеи и задвигались – того и гляди, улетят. Недалеко «пел» индюк. Двор дышал свободой и любовью аистов.

Я по-хорошему позавидовала безбедной жизни сельчан, многодетной семье и особенно детям: им не надо объяснять, кто такие аисты (вживую я их видела впервые); не надо объяснять, кто такие индюки; не надо разъяснять, что хлеб растёт не в магазине: рядом – пшеничное поле.

В десятом часу вечера после душа сидели мы на балконе. «Фермер» вышел из дома, сел в роскошное авто, умчался и вскоре примчался. Да, с таким живут – за мужем. Утром, за завтраком на открытой веранде второго этажа, «фермер» интеллигентно обслуживал «гостей»: одних – на английском, других – на немецком, третьих – на польском. Я восхищалась им молча и с грустью думала, отчего в Мире так мало таких уникальных мужчин: знают языки, щёлкают компьютером, странствуют по интернету, ездят на тракторах, строят дома и дороги, выполняют любую работу – умственную, физическую, интеллектуальную.

В 9.00. утра мы въехали в

Зальцбург

которому посвятили первую половину дня. Четвёртый по величине город в Австрии, он расположен у реки Зальцах и подножья Альп. Отсчёт его истории ведут с поселения кельтов, которых в 1-м веке до н. э. вытеснили римляне. В начале VIII века баварский герцог Руперт построил в этом месте два монастыря, что стали ядром будущего Зальцбурга, чьё название определило месторождение соли: Salz в переводе – соль. Монастыри Руперта стоят и сегодня.

Дух тысячелетней истории города дышал аристократизмом. Дома большей частью старые, 4-5-этажные. Удлинённые окна украшены балконами – чугунными, кружевными. Проехали чуть-чуть, припарковались и пошли, приглядываясь... Так попали мы в роскошный парк, где две китаянки (возможно, японки) имитировали, сложив крест-накрест ноги и вытянувшись в струну, – так при опасности вытягиваются змеи. На бархатной зелени возле каждой лежала стопочка книг и брошюры – видимо, рекламировали свой образ жизни.

 mirabel

Вдали за деревьями выступал купол церкви. Мы направились к этому ориентиру и вышли к изумительному по красоте парку Мирабель и белоснежному дворцу Мирабель, что был заказан архиепископом Вольфом Дитрихом фон Райтенау для тайной возлюбленной – Саломеи Альт.

В те времена каноны церкви предписывали католическим священникам обет безбрачия и целомудрия, однако любовь свою Вольф Дитрих скрывать не стал; более того, в честь Саломеи Альт назвал ещё и дворец – Альтенау, строительство которого закончилось в 1606 г. Не получив от папы римского разрешения на женитьбу, Вольф Дитрих фон Райтенау в том же году открыто переехал во дворец вместе с детьми и Саломеей Альт, бросив вызов канонам церкви, то есть обществу. В их незаконной семье было 15 незаконнорожденных детей, десять из которых выжило, – по тем временам, много. Видимо, атмосфера согласия, любви, комфорта и уюта, что царили в «семье», способствовали здоровью и детей, и матери. Однако, во дворце семья прожила недолго. Вольфа Дитриха убеждали покончить с этой «грешной» связью. Он, однако, остался верен жене и детям. Его лишили сана, заточили в крепость, в которой через четыре года он и умер.

После его смерти у прекрасной Саломеи отняли дворец, и в 1617г ей с детьми пришлось бежать. Дальнейшая судьба их осталась неизвестной.

Дворец Альтенау перешёл главному врагу Вольфа Дитриха – его племяннику. Он многое во дворце переделал, заменил название Альтенау на Мирабель, что в переводе с итальянского означало «прекрасно». В конце концов, дворец стал достоянием церкви и абстрактного «народа». Каждый новый архиепископ вносил в дворец, что много раз горел, свои изменения, и со временем он обрёл стиль неоклассицизма, так что от внешней красоты барокко ничего не осталось. Но то, что уцелело внутри: мраморный зал и парадная лестница, украшенная ангелами и херувимами, – всё ещё восхищает и производит впечатление дворца.

Дворец и парк Альтенау-Мирабель – памятник преданности большой любви и вечный укор жестокому религиозному тоталитаризму, фанатизму и ханжеству. Сегодня это резиденция городского бургомистра и самый красивый в Европе Дворец Бракосочетаний для богатых.

Недалеко от дворца Мирабель возвышается собор Римско-католической церкви – Кафедральный собор Зальцбурга. Его не раз уничтожали, он не раз горел, но всякий раз возрождался снова. В последний раз он пострадал от бомбардировок 1944г. – был разрушен алтарь, стены и купол. Полностью его отреставрировали лишь к 1959г.

Mozarthaus

С собором связано имя великого Вольфганга Амадея Моцарта. В музее собора хранится старинная бронзовая купель, из которой его крестили; на органе с 4000 трубами и музицирующими ангелами, что являются сокровищем собора, Моцарт сыграл свой первый концерт.

Имя В. А. Моцарта – украшение и одновременно реклама Зальцбургу. Дом на улице Гетрайдегассе 9 („Дом Хагенауера“), где в 1756г родился Моцарт, – сегодня один из самых посещаемых музеев страны. Со временем, когда квартира стала тесной, семья переехала в простой двухэтажный „Танцмейстерский дом“ с низкими потолками (высота их около 1,5-1,8м). В 1944г авиабомбой было разрушено 2/3 дома – по старинным чертежам его отреставрировали в первоначальном виде лишь к 1996г.

В Зальцбурге, что делится на старый и новый, жили многие прославленные имена – на моём слуху композиторы В. А. Моцарт, М. Гайдн и писатель Стефан Цвейг.

С любой точки города видна на горе одна из крупнейших средневековых крепостей Европы – замок Хоэнзальцбург, куда был заточён и встретил смерть влюблённый Вольф Дитрих фон Райтенау.

После Дубровника нам в крепость не хотелось. Прошлись по красивой набережной реки, направились к машине, проехали по улицам нового города и выехали на автобан.

 

Итог

 

Являясь генетической полифонией человеческого общежития, хорваты впитали в себя черты народов, под чьей властью находились: античную любовь к красоте, турецкую предприимчивость, русскую храбрость и хлебосольство, итальянскую живость и музыкальность, немецкую обязательность и любовь к порядку. Хорваты умеют отдыхать и, как правило, хорошие семьянины.

На протяжении двух недель Бог хранил нас: ливни и грозы случались лишь ночами. Ознакомившись с красотами адриатической Хорватии, с её божественным климатом, горами, реками, водопадами, морем, пещерами, многочисленными островами – обитаемыми и необитаемыми, – цветами, пальмами, кипарисами, туями, агавами, частными апартаментами отличного качества, экзотическими фруктами субропического климата (киви, инжир), мы открыли для себя ещё одну Вселенную, что убедила нас в величии, красоте и многообразии Мира!..

июль 2019

 

 

 

 

↑ 238